?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

В условиях травли министра Мединского со стороны идеологических противников, либеральной интеллигенции, столкновения внутри "партии власти" играют только на руку оппонентам. Кому и чем настолько не угодил министр культуры, что поднялась масштабная кампания?



Стоило министру культуры Владимиру Мединскому подставиться (или, точнее, позволить себя подставить), как на него обрушилась волна возмущений и обвинений в СМИ. Арест его заместителя и еще нескольких подчиненных, которых обвиняют в хищении 50 млн. рублей при реставрационных работах, используют как предлог для атаки на неудобного министра: не дожидаясь итогов судебного дела, многочисленные "доброжелатели" выносят Мединскому приговор и требуют его отставки.

Подключились даже некоторые депутаты заксобрания Санкт-Петербурга, которые с какого-то перепугу потребовали принять обращение к правительству с предложением об отставке министра культуры. Не вышло – остальные депутаты оказались умнее.

Откуда же такая прыть? И кому так не угодил Мединский, что поднялась масштабная кампания?

Каждому, кто следит за культурной жизнью России, ответы на эти вопросы прекрасно знакомы. Это не принято говорить вслух, но Мединского жутко ненавидит, чуть ли не на уровне инстинктов, так называемая творческая интеллигенция. Точнее, та ее существенная часть, что ориентирована на Запад и воспринимает все традиционно русское как "мракобесие".

Будучи ее идеологическим антагонистом еще до прихода в министерство, Мединский открыто бросил вызов этой тусовке, оккупировавшей с 90-х годов российскую культуру и медиасреду. И за четыре года он нанес столько ударов по "прогрессивному искусству", что предстает в глазах его адептов "жандармом режима", душащим свободу творчества, – этакой современной Фурцевой.

Если вы спросите какого-нибудь модного критика о Мединском, он с неподдельным возмущением и даже ненавистью перечислит многочисленные примеры вреда, нанесенного министром "прогрессивной общественности".

Одним из первых стал отказ министерства в господдержке кинофестивалю Виталия Манского "Артдокфест", на котором любили смаковать ужасы российской действительности, а в 2014-м сделали специальную программу "Украина не Россия". В знак гражданского протеста гордый оппозиционер Манский, привыкший к бюджетному финансированию, эмигрировал в Латвию.

При Мединском Министерство культуры в конфликте церковной общественности с постановщиком оперы "Тангейзер", в которой актер в образе Иисуса участвовал в оргиях прямо на сцене, встало на сторону первых.

Произошел прецедент за все постсоветское время – государственная власть вместе с традионалистски настроенным большинством выступила против сомнительных экспериментов в культуре. Было продекларировано и доказано на деле, что в рамках госполитики нравственность в искусстве важнее безответственной свободы. Невиданное нахальство "мракобесов".

Еще одной "виной" Мединского перед рукопожатным сообществом стало увольнение главы Госархива Сергея Мироненко. И даже не само увольнение, а тот "отлуп", который был дан министром за антиисторические высказывания о "10 миллионах кулаков", репрессированных Сталиным, и якобы выдуманном подвиге 28 панфиловцев. Мединский открыто выступил против антисталиниста, а такое со времен Хрущева непозволительно. И наказывается клеймом поклонника тирана и сатрапа.

Недопущение Министерством культуры в отечественный кинопрокат сомнительных фильмов стало вопиющим примером жестокой государственной цензуры, вернувшейся при Мединском. Как же – чиновники посмели запретить порнографический фильм Гаспара Ноэ "Любовь" и русофобскую заказуху Вайды про "Катынь".

Можно спорить, насколько это действенный метод, но позиция Мединского не допускать к широкому прокату чернуху и порнографию вызывает насколько сильное раздражение "творческой интеллигенции", настолько сильную поддержку народа. Одновременно с этим Минкультуры оказало финансовую поддержку истинно народной картине "28 панфиловцев" – про тех самых героев, которых, по мнению бывшего главы Госархива, не существовало. Очередная непростительная "ошибка" Мединского.

Феномен выставки Серова – пусть и косвенная, но, несомненно, такая же "вина" министра. Преобразования в музейной деятельности, приведшие к улучшению доступности галерей и заинтересовавшие искусством широкую аудиторию, способствовали тому, что в один морозный январский вечер рукопожатная общественность вдруг обнаружила, что народ в прямом смысле потянулся к прекрасному.

На фоне падения рубля и роста инфляции люди выстроились в очередь не за колбасой и в обменники, а в Третьяковку за картинами классика. Эффект разорвавшейся бомбы произошел в тот момент в головах "избранных интеллектуалов". Выставки соцреализма, запускаемые по стране одна за другой при Мединском, только утяжелили "грех" сталинизма нынешнего министерства.

Но пиком "падения" Мединского в глазах прогрессистов является провозглашение новой государственной культурной политики, следствием которой и стали все действия Министерства культуры последних лет.

Среди озвученных министром принципов этой политики можно назвать "русскость как ядро русской культуры" и "самобытность России как отдельной цивилизации". Для творческой элиты, молящейся на Запад, такие слова как нож в спину. Такого нельзя простить.

Говоря по существу, принципы и ценности культурной политики, озвученные Мединским, стали первой откровенной попыткой государства сформулировать национальную идею, государственную идеологию. Ту самую, что официально запрещена Конституцией 1993 года.

Читать далее...